— А что, если бы их выгнать оттуда? — предложил Иоганн.
— Но как? — с тоскою спросил Гане.
— Мы вот что сделаем, — сказал, подумав, Иоганн. — Вы, господин Гане, пройдете вверх и запретесь на ключ. В верхних комнатах двери без всяких «Сезамов». Старый ключ будет надежней. А я пройду со двора и крикну этим идолам из окна, чтобы они убирались отсюда к черту.
— Что же, попробуем, — согласился Гане. Он заперся наверху, а Иоганн, выйдя из дому, крикнул через окно: — Сезам, откройся!
Когда дверь из кабинета в спальню открылась, он крикнул вторично:
— Вперед десять шагов!.. Шагом марш! Уходите отсюда!
Но «слуги» стояли неподвижно.
— Пошли вон! Убирайтесь!
«Слуги» по-прежнему не двигались, стоя у шкафа, как рыцарские доспехи. А двери в это время уже закрылись, и Иоганну пришлось вновь повторять: «Сезам, откройся!» Он изменил тон, кричал на все голоса: то басом, то фистулой — все напрасно. «Слуги» окаменели. Иоганн просил, умолял их, наконец, начал ругаться. Но разве сталь проберешь ругательствами!
В полном отчаянье явился он к Гане: