Бойко постоял в раздумье у потока и пошел обратно. Синие молнии сгущали тьму леса. Гром грохотал беспрерывно – над самой головой. При свете молнии, Бойко увидел, что небольшой ручей, который он только что перешел, также превратился в бушующий поток. Путь был отрезан. На поляне, где он стоял, не было даже густых деревьев, под ветвями которых он мог бы укрыться. И Бойко решил подняться вверх, к отвесным скалам, надеясь найти уступ, под которым можно было бы найти приют. Камни и потоки воды затрудняли путь. Цепляясь за кустарник, он поднялся на небольшую площадку, дождался, когда сверкнет молния, и увидел в ее трепещущем свете большую расщелину в скале. Он побежал к ней и, нагнувшись, вошел в пещеру.
Здесь было совершенно темно, но тепло и сухо.
– Прекрасно, – сказал вслух Бойко. – Лучшего ничего нельзя и ожидать.
– Кто здесь? – вдруг послышался голос из тьмы.
Даже неожиданное рычанье зверя не взволновало бы так Бойко, как эта заговорившая вдруг человеческим голосом темнота. Быть может, болезнь еще не оставила его, он промок, его лихорадит, и он снова бредит?…
В глубине пещеры зашевелилось, и кто-то опять спросил, возвышая голос.
– Кто там?
Нет, он не бредит. Это – живой человеческий голос. Пещера обитаема. Быть может, здесь поселился такой же скиталец… Но кто он? Друг или враг? И как ответить на его вопрос, чтобы не выдать себя?
.- Кто там, чорт побери? – в третий раз, уже сердито произнес голос неизвестного.
– Я, – ответил Бойко. Послышался короткий смех.