На другой день рано утром Ганка уже стоял на своем сторожевом посту, следя за Морицем, который уверенно шагал через поляну к круглой башне. Мориц рассказал, что ночь прошла тихо. Не кричали даже совы, почуявшие присутствие людей. До часа ночи мелькал свет в окнах, потом погас и все утихло. Какая встреча ожидает Морица?
Старый лесник скрылся; за развалинами стены, примыкавшей к круглой башне.
Через несколько минут Вельтман вернулся и рассказал обо всем, что удалось узнать. На стук лесника в дверь, которая оказалась уже починенной, вышел старый слуга. Вельтман объяснил, кто он и зачем пришел. Слуга буркнул: «Подождите» — и захлопнул дверь. Скоро явился снова и протянул Вельтману записку. Вельтман узнал почерк хозяина — Брока, которому принадлежали окрестные леса и рудники. Брок удостоверял, что жильцы в замке поселились с его разрешения. Требовал не беспокоить их и не чинить никаких препятствий их действиям.
Записка эта, очевидно, была припасена новыми жильцами заблаговременно. Кто они, зачем поселились, Брок не считал нужным сообщать.
— Я сделал свое дело, — говорил Мориц, возвращаясь с Иосифом домой. — Господин Брок приказывает, чтобы я не беспокоил жильцов. Очень мне нужно их беспокоить. Пусть живут, как хотят. Но что значит «не чинить препятствий»?
— Очевидно, им здесь предоставляется полная свобода действий: охотиться, рубить лес или делать другое, что в голову взбредет, — заметил Ганка.
— Все это странно, — сказал Вельтман. — Ну, да наше дело слушаться и не рассуждать.
Прошло еще несколько дней.
Вельтман делал вид, что не замечает замка. Однако, проходя мимо, он следил за круглой башней. Ганка из глубины леса также нередко наблюдал за тем, что делается в старом замке.
Его обитатели вели замкнутый образ жизни: никто не приходил в замок, никто не выходил оттуда. Только один раз, на заре, Вельтман заметил, как к замку подлетел небольшой бесхвостый аэроплан, похожий на летучую мышь, снизился где-то на дворе между развалинами, через несколько минут поднялся и, сделав зигзаг, скрылся за лесом. А Ганка заметил на крыше башни какие-то провода, сетки, которых раньше не было.