— Завтра обязательно надо востроносому сказать, — продолжает Кузьма, думая о своем.
— И давно пора, — успокаивает жена. Вдруг гудок, прерывистый, набатный, рвет на части ночную тишь. Тревога…
Кузьма выбежал на улицу.
Что за погода проклятая! Ветер с ног валит, дождь хлещет, река гудит. Рабочие бегут.
Крик, шум, не понять, в чем дело.
— Почему тревога? — спрашивает Кузьма.
— Авария. Труба с жидким воздухом не действует, лед растопило, кессон заливает, — отвечает кто-то на бегу.
Кузьма прибавляет шагу. Река съела ледяную стену и напирает на кессон. Вот мелькнула как будто седая голова Глеба и скрылась.
"Он… Не иначе как его рук дело", — думает Кузьма.
Человек в старом драповом пальто без шапки бегает по самому краю кессона. Востроносый. Кричит, размахивает руками. К трубе полез, возится.