— Так я не ошибся, — тихо сказал Палей, и в его голосе мне почудилась грусть.
Значит, и я не ошибся, предполагая, что у них было что-то, кроме научного интереса.
— Я очень виноват перед тобой, Нина… — произнёс Палей, помолчав.
Тоня утвердительно кивнула головой.
Палей взглянула на меня.
— Мы — товарищи, — сказал он, — а с товарищами можно говорить вполне откровенно. Я любил тебя, Нина… Ты это знала?
Тоня немного опустила голову.
— Нет.
— Верю. Я хорошо умел скрывать свои чувства. А ты как ко мне относилась?
— Для меня ты был другом и товарищем по работе.