Как я продан был, за глаза, то, вероятно, в этом ауле торг должен был кончиться, а Абазат расстался с конем. Он шел передо мною молча, торопя меня, где и бежал; но я шел мерно, показывая тем на свою усталость после работы и снег; на бегу он сбросил с себя полушубок, я также молча поднял его и надев уже не отставал.
Абазат торопился отдать плеть, взятую им на время в недальнем ауле.
Скоро мы дошли до аула Галэ, где на зиму жили его братья, Янда и Яндар-Бей. Меня приняли как гостя, оправдывали Абазата, который и не показался во всю ночь, просидев в другой сакле.
* * *
О неудаче Абазата тотчас же разнеслось по кутку нашему, и солдат, товарищ мой, ждал меня нетерпеливо. Поутру Янда проводил, меня к Високаю; мать, сестры и брат Цацы собрались навестить больную и взглянуть на новорожденного. Все мы поехали на санях.
Цацу обрадовалась родным, со мной поздоровалась сухо. Я ушел к солдату; встреча была радостная.
Утром пришел Абазат в саклю вдовы. Я рубил дрова. Поздоровавшись с хозяйкой, он вышел и, прислонясь к стене, стал говорить: «Ты, Сударь, сердишься на меня, что не хочешь и здороваться?» — «Разумеется, сержусь, — говорил я: ты не уздень — не верен своему слову!»
Сознаваясь внутренне в своей вине, он не обиделся таким ответом, лишь оправдывался, как и его братья; я молчал и продолжал рубить; он отошел прочь.
VI.
Поход в горы. — Встреча с Акой. — Покупка. — Казаки. — Весна в Гильдагане. — Приезд Хаухара. — Пленница казачка. — Бей-Булат. — Интересный торг. — Поздравления.