— Вряд ли обезьяны смогли построить такое здание, — нерешительно произнес он.
— Вы делаете успехи в сообразительности, — одобрил академик. — Вряд ли также обезьяны стали бы любоваться кинофильмами, которые их обличают. Вспомним, что в любом эксперименте при равных условиях мы вправе ожидать одинаковых результатов. Я бы сказал, примерно одинаковых… Трудно добиться абсолютного тождества… Если Десятая в основном дублет Третьей, то… вы понимаете мою мысль?
— Вполне, — весело подхватил Юра. — На Десятой — люди.
— Именно, Юриссимус. В основном те, кого мы видели в стадии рабства. Фильмы там, на треугольнике, — исторические документы, друг мой… Может быть, я ошибаюсь… А вот мы и у самого дворца.
— Войдем? — спросил Юра, увидав, что академик остановился.
Перед ними открылась широкая лестница. Ряд колонн скрывал белоснежные стены.
— Не станем спешить, — отозвался академик.
Он внимательно посмотрел на табличку, прикрепленную к серебряному столбу. Среди волнистых линий на ней были изображены разноцветные концентрические круги.
— Сначала обойдем вокруг дворца, — сказал академик тоном, не допускающим возражения. Он протянул руку, указывая в просвет между деревьями. — Пойдем вот так.
И вдруг увидал, как лицо Юры исказилось от ужаса.