Шоссе сделало крутой поворот. Автомобиль вылетел на широкую поляну и застопорил. Несколько человек в штатском приблизились и поздоровались с Урландо. Лебедев обратил внимание на двух из них. Один, с сухим морщинистым лицом, в мешковато сидящем черном костюме, держался важно и, пожалуй, начальственно. Другой показался Лебедеву почему-то до странности знакомым.
Лебедев не спеша вышел из авто, с достоинством снял шляпу. Как бы по молчаливому уговору с Лебедевым, понимая своего начальника не только с полуслова, а с полужеста, Гуров с важностью тоже слегка приподнял шляпу и, пошевелив губами, строго огляделся.
— Синьор Хох, — показал Урландо, подходя к группе ожидающих, — синьор Чардони…
Дальше Лебедев не расслышал. Он только видел, как в ответ на речь Урландо высокий строго шевелил бровями, а другой необычайно сладко улыбался.
«Знакомое лицо, — подумал Лебедев. — Но кто это? Неужели же он?!»
Он подошел ближе и остановил свои холодные глаза на разглагольствующем Урландо.
Гуров важно и непринужденно закурил папиросу и сделал вид, что внимательно слушает.
Урландо же обратился к собравшимся:
— Господа, здесь, в подземном ангаре под нами, находится мой «2Z» — совершеннейшее орудие истребления. Но зачем слова, когда мы собрались сюда для дела!
Сделав театральный жест, Урландо самодовольно улыбнулся: