Голованов смутился:
— Да… то есть нет… Я не понимаю.
Груздев тоже улыбнулся. Потом стал простым и серьезным, взял Голованова под руку:
— Видите ли, Ваня, есть одна такая лаборатория, номерная, недавно организована. Я руковожу ее работами. Туда подбирают людей только сугубо проверенных. Вот мы с Константином Ивановичем и решили привлечь к работе и вас.
Тот подтвердил:
— Обязательно.
Начало
Война не пришла с пышностью торжественных объявлений и традиционных мобилизаций, как это бывало раньше. Она грянула ночью, тихой осенней ночью, когда серые облачка ленивыми лохмотьями тянулись по прохладному небу, когда над городом моросил мелкий, прыскающий дождь, когда звезды мирно подмигивали в просветах разорванных туманящихся высот, когда озябшая луна, сгорбившись, проковыляла по краю дальнего холма и свалилась за темную кайму перелеска, а петухи по деревням только еще готовились прокричать в последний предрассветный час.
В городах еще не звучали утренние гудки. На заводах заканчивали работу ночные смены. Раньше трамваи, троллейбусы и такси только еще готовились к выезду из своих депо и гаражей. Люди еще спали в теплых постелях. И лишь редкие огоньки загорались в жилищах тех, кому надо вставать очень рано. Ротационные машины типографий гудели, выбрасывая экземпляры газет, остро пахнущие краской. Выпускающие в редакциях, окончив работу, докуривали последнюю папиросу. На столах перед ними лежали не успевшие высохнуть гранки, исчерканные красным карандашом и чернильными закорючками ночных корректоров. Черные буквы ночных телеграмм кричали:
«Мятежники продолжают расстрелы безоружных рабочих!» «Зверская расправа с пленными антифашистами!» «Премьер Франции вылетел в Женеву!» «Англия проектирует созыв особой подготовительно-совещательной комиссии по вопросам процедуры юридического обоснования повой нейтральной зоны!» «Пожар в Сан-Диосе!» «Тайные склады оружия в тихоокеанских портах!» «Таинственное исчезновение туземных деревень близ Тоа-Фека!»