— Где? — вглядывался начальник в экран.
Но Груздев, к удивлению всех находящихся в пункте, качал головой и ругался:
— Штопаный Нос… Жулик…
Впрочем, ему теперь было некогда рассказывать о нападении диверсанта два с половиной года назад, о слезоточивом отравляющем веществе, выброшенном из невинного на первый взгляд бумажника, о пропаже стиллефона и чертежей… Сейчас над крыльями истребителя он видел очертания энергоприемника, точь-в-точь как у машины «Урожай», и вдруг задрожал от смешанного чувства жгучей ненависти и радости:
— А вот теперь мы подшутим над тобой, Штопаный Носик!
Не отрывая глаз от экрана, попросил:
— Разрешите, товарищ начальник, порезвиться в эфире?
— Да, я думаю, что уже пора.
— В таком случае…
Груздев сосредоточенно нахмурился и деловито нагнулся над распределительным щитом электронного приемо-передатчика, и вдруг, неожиданно для всех, истребитель стал стремительно набирать высоту. Расстояние между ним и звеном, двигавшимся по прямой, резко увеличилось. Истребитель рванул вперед, потом опять рывком снизился, выполняя в воздухе какой-то неуклюжий танец.