Урландо издевался:
— Неужели вы думали, что шпионская сволочь, охотившаяся за мной и прозевавшая меня благодаря неумеренному потреблению алкоголя в кабаке «Золотой лев», способна на что-нибудь другое, кроме орудования отмычками? Алло, старый пьяница, вытри нос перед смертью! Теперь: «Спокойной ночи», или, другими словами: «Можете тихо скончаться»…
— Мне дурно, — прошептал Хох, валясь на диван.
— Но самое пикантное, Хох, во всей этой истории то, — ясно выговаривал голос Урландо, — что, спасая свою шкуру, Хесс пристрелил бы тебя на яхте и отправился бы скрываться в Индию…
— Дьяволы! — стонал Хох.
— А вас, ассистент профессора Мерца, майор и шпион Хессельбард, я немного удивлю: вас с Эдваром должны были застрелить на обратном пути отсюда два вот этих молодчика из охраны Хоха. Вы им пообещали за убийство Хоха по сто тысяч? Но Хох дал своим и вашим по полтораста. Кроме того, доверенный Пумпеля — капитан яхты — немедленно расстрелял бы вас, если бы заметил что-либо подозрительное по вашем возвращении на палубу. Понимаете? Таково содержание неизвестного вам добавления к инструкции номер сорок первый.
Хох отдышался и вынул револьвер:
— Ну-с, Хесс, Хессель, Хессельбард или как вас еще…
Хессельбард прыгнул в угол, крикнув:
— Уберите игрушку к чертям! Слушайте, что болтает этот негодяй.