Широкая лебедевская рука протянулась к Гурову. Записная книжка легла на ладонь.
— Есть, товарищ начальник!
Книжка исчезла в кармане лебедевской гимнастерки. Бутягин и Груздев с некоторым изумлением смотрели на Лебедева, который попрежнему внимательно как бы созерцал парящий в небе невидимый самолет. Только Гуров с восторгом любовался своим другом. Он отлично знал Лебедева и предчувствовал, что в конце концов из пустяковой истории с книжечкой получится нечто замечательное. Ничего не делал Лебедев «спроста» и «зазря». Все знали это в школе высшего пилотажа, а Вася Гуров знал лучше всех.
Наконец Лебедев взглянул на изумленные лица друзей. Усмехнулся:
— Все в порядке, дорогие товарищи. Что было, то сплыло. До поры до времени — про это молчок. Кто язык зря высовывает, тот его и прикусывает.
— Понятно, — тихо промолвил Груздев.
Бутягин кивнул головой в знак согласия. Гуров отозвался:
— Есть!
Лебедев огляделся:
— Теперь поехали. Одни мы и остались на всем аэродроме. Ну, ничего, у меня дежурная машина. Всех развезу.