Сравнение предметов по одному или нескольким признакам ведет нас к новой стадии: в сравнение мы вводим сложный комплекс признаков в поле нашего зрения; перед нами два предмета, два борющихся представления; в таком случае мы уже заранее видим три случая исхода этой борьбы, указанные Потебней: "А" вполне заключено в "X" (синекдоха), "А" отчасти заключено в "X" (метонимия), "А" и "X", не совпадая друг с другом прямо, совпадают через третье "В" (метафора); во всех трех случаях совершается или перенос одного знания предмета на другое -- количественное (синекдоха), качественное (метонимия), или же замена самих предметов (метафора). В результате борьбы получаем двоякую форму метафоры: получаем эпитетную форму, когда представление сопоставляемого предмета доминирует над тем предметом, с которым первый предмет (месяц) сопоставляется (белорогий месяц); эпитет белорогий получился от сопоставления белизны месяца с белизной рога; имеем место для следующей схемы:
(A) Месяц -- (a1) белый, (а2) острый. } Белорогий месяц
(B) Рог -- (b1) белый, (b2) острый. } (а1, b1, В -- А).
В первой половине эпитета (бело-) связываются два однородных признака разнородных (месяц, рог) комплексов; во второй половине эпитета (-рогий) комплекс признаков (рог) превращается в один из признаков другого предмета (месяц); эпитет "белорогий" сам по себе есть синекдоха, потому что здесь вид (белый рог) отождествляется с родом (рог, который может быть и желтым, и белым, и черным); прибавляя к эпитету "белорогий" название предмета "месяц", мы получаем метафору, потому что синекдохический эпитет "белорогий" соединяется с представлением о месяце так, что значение "белорогий" прилагается здесь к новому предмету (вместо "белорогий козел" -- "белорогий месяц").
Или же мы получим другую форму метафоры: "месяц -- белый рог", или "белый рог в небе": здесь предмет, с которым сопоставлялись некоторые из качеств месяца, вытеснил этот самый предмет; ход образования нового образа может идти в двояком направлении: либо представление о белом роге в небе настолько вытесняет как обычное представление о роге (принадлежность земного существа), так и обычное представление о месяце (не как о части некоторого целого, но как о целом); получаем некоторый символ, равно не сводимый ни к месяцу, ни к рогу; либо представление о белом роге в небе получает иную форму: "месячно-белый рог в небе". Возвращаясь к схеме, получаем:
(A) Месяц -- (а1) белый, (а2) острый } Месячно-белый
(B) Рог -- (b1) белый, (b2) острый } рог (A, a1, b1, -- В).
В первой половине эпитета (месячно-) комплекс признаков (месяц) прилагается как один из признаков предмета (рога), во второй половине эпитета (-белый) связываются два однородных признака разнородных предметов; эпитет "месячно-белый" есть синекдоха; месячно-белый рог есть одновременно и метафора, и метонимия (метонимия, потому что месячный рог); замена, предполагая процесс метафорического уподобления завершенным и отнесенным к рогу, указывает 1) на определение рода видом (рога белым рогом), 2) на качественное различие предметов (месячный рог качественно отличен от всякого иного рога).
Один и тот же процесс живописания, претерпевая различные фазы, предстает нам то как эпитет, то как сравнение, то как синекдоха, то как метонимия, то как метафора в тесном смысле.
Выразим эти психологические фазы последовательного перехода одних форм в другие рядом схем: