В
Долине
Когда-то
Мечтательно
Перед
Вами
Я, —
Старый
Дурак, —
Игрывал
На
Мандолине.
Вы —
Внимали
Старательно.
И —
– Стародавний Зодиак.
Как-то
Избили
И
Выгнали
Меня
Из
Цирка
В
Лохмотьях
И
В
Крови
Вопиющего —
– О Боге!
– Боге!
– Боге!
И
О —
– Вселенской любви.
Вы
Случайно
Встретили
Поющего
Паяца —
Постояли,
Послушали
Пение.
Вы —
Отметили
Дурацкий
Колпак.
Вы —
Сказали
Внимательно:
– «Это —
Путь
Посвящения…»
Вы —
Мечтательно
Уставились
В —
– Зодиак.
Декабрь 1915
Дорнах
Тела
На нас тела, как клочья песни спетой…
В небытие
Свисает где-то мертвенной планетой
Всё существо мое.
В слепых очах, в глухорожденном слухе —
Кричат тела.
Беспламенные, каменные духи!
Беспламенная мгла!
Зачем простер на тверди оледелой
Свои огни
Разбитый дух – в разорванное тело,
В бессмысленные дни!
Зачем, за что в гнетущей, грозной гари,
В растущий гром
Мы – мертвенные, мертвенные твари —
Безжертвенно бредем?
Декабрь 1916
Москва
Асе
Уже бледней в настенных тенях
Свечей стекающих игра.
Ты, цепенея на коленях,
В неизреченном – до утра.
Теплом из сердца вырастая,
Тобой, как солнцем облечен,
Тобою солнечно блистая
В Тебе, перед Тобою – Он.
Ты – отдана небесным негам
Иной, безвременной весны:
Лазурью, пурпуром и снегом
Твои черты осветлены.
Ты вся как ландыш, легкий, чистый,
Улыбки милой луч разлит.
Смех бархатистый, смех лучистый
И – воздух розовый ланит.
О, да! Никто не понимает,
Что выражает твой наряд,
Что будит, тайно открывает
Твой брошенный, блаженный взгляд.
Любви неизреченной знанье
Во влажных, ласковых глазах;
Весны безвременной сиянье
В алмазно-зреющих слезах.
Лазурным утром в снеге талом
Живой алмазник засветлен;
Но для тебя в алмазе малом
Блистает алым солнцем – Он.
Сентябрь 1916