«Июльский день: сверкает строго...»
Июльский день: сверкает строго
Неовлажненная земля.
Неперерывная дорога.
Heпepepывные поля.
А пыльный, полудневный пламень
Немою глыбой голубой
Упал на грудь, как мутный камень,
Непререкаемой судьбой.
Недаром исструились долы,
И облака сложились в высь.
И каплей теплой и тяжелой,
Заговорив, оборвались.
С неизъяснимостью бездонной
Молочный, ломкий, молодой,
Дробим волною темнолонной,
Играет месяц над водой.
Недостигаемого бега
Недостигаемой волны
Неописуемая нега
Неизъяснимой глубины.
1920
Асе
Ни «да», ни «нет»!..
Глухой ответ —
Над ливнем лет
В потухший свет.
Я погружен
В бессонный стон:
В безвольный сон
Глухих времен.
Ты, как вода,
Струишь туда —
В мои года —
Ни «нет», ни «да».
1921
Больница
Пробуждение
Тянулись тяжелые годы,
Земля замерзала… Из трещин
Огонь, нас сжигавший годами,
Теперь потухающий глухо,
Сиял средиземной жарою.
Гляжу: под ногами моими
В твердеющих, мертвенных землях —
Простертые, мертвые руки, —
Простертые в муке —
Умерших…
А небо, —
Как синие шали:
Алмазами
Страстными
Блещет.
И – снова земля отделилась;
И – синяя шаль: мои крылья.
И снова несут меня крылья
В когда-то постигнутый
Дорнах!
И – там,
В бирюзеющих землях,
В негреющих светочах, —
Дорнах!
Ты – там:
В розовеющих
Зорях,
В негреющих
Светах,
Как прежде…
Отдаться ль, как прежде,
Надежде —
Росе бирюзеющей,
Нелли?
……………….
……………….
Вставай, подымайся в пространстве
Трезвеющим светочем. Солнце!
Октябрь 1921