И между тем, как полусонный
Наш дольний мир, лишенный сил,
Проникнут негой благовонной,
Во мгле полуденной почил,--
даже не точка с запятой, а лишь запятая, тире, нераздельно спаянная с точкой интонационного удара, и далее:
Горе, как божества родные... и т. д.
Все стихотворение в смысловой отношении -- разрез на верх и низ, на то, что кругом поэта и ниже, и на то, что над ним; смысл -- в противоположении; и жест кривой -- противоположенне; первая и вторая строфа развивают линию падения; третья и четвертая -- взлетают; но расстояние высот их менее расстояния высот между 8-стишием конца, грамматически слитым в единство, от первых двух строф; первые две строфы отделены 5-ю делениями друг от друга; третья от четвертой лишь двумя; а расстояние между парами строф (прыжок с угла падения вверх) есть пространство в 12 делений.
Противоположение высот низинам разрезает здесь стихотворение на 2 части; противоположение смысла -- проходит здесь именно. Знакомая уже нам аналогия имеет место и тут.
Курьезная частность: зигзаг вниз кривой лежит на словах текста:
Внизу, как зеркало стальное,