Идеация нас приводит к идее; идея есть духовное существо; бытийственность мысли -- братская иерархия духов; вне-понятийный разум -- так мыслим; он -- сверхчувственный мир; "чистый разум" -- таков.
Не таков чистый разум у Канта; Кантово представление разума не чисто, а смешанно: из разума и рассудка; кантовский разум -- рассудочный разум; как таковой он -- contradictio in adjecto.
Все, сказанное доселе, переносит антропософские градационные представления из мира ставшего в сферы иные: в не те вовсе сферы, которыми мы представления эти сопровождаем; и принимаем то мы "наивно", и еще чаще наивно мы боремся -- с антропософской градацией, когда градация эта рисует нам свои "планы" (астральный, стихийный, физический и т. д.). Мы берем их номенклатурно, системно, абстрактно, мировоззрительно, конструкционно, комплексно, понятийно, механически; или же: грубо чувственно; то есть мы помещаем их в круг данных "понятийных" смыслов: они ж ни -- система, ни -- классификация, ни -- мировоззрительный догмат, ни -- описание, ни -- элемент, ни -- систематика "опыта" в нашем смысле.
Градационная представляемость в нас отсутствует и "консциентизм" представления эти то уплотняет, то -- сушит; и, поступивши так, разумеется, их проламывает в указании на "догматику", "мистику", "схематизм", "абсолютизм" представлений; но проламывает он -- отражение их в себе; субъективистический, рассудочный догматизм ломает зеркало, его самого отражающее; таков он, антропософией взятый. Антропософские представления обнимают внутри их лежащие -- наши; и пока мы абстрактно перекладываем их в круги наших догматов, не подозреваем, что догматы эти уже положены -- в них; переложение -- догматическое отражение; и отражение -- кривое, потому что круг наших догматов в антропософии растяжим; место логики, диалектики, идеала, смысла, идеи в антропософии углубленней положено; углубленное положение это абстрактной рассудочностью -- редуцировано, сплющено, стерто; так внутри этой стертости -- получаются: двоякостертая номенклатура антропософских "понятий", с которой мы боремся; боремся же мы не с антропософией, а со своею абстрактностью. Вот условная для наглядности схема тривиально воспринимаемых терминов в антропософской градации. (См. на стр. 195-й.)
Таблица -- субъективна, конечно; она -- лишь намек на то, как расставляемы иные из представлений, если мы дадим место в нас жизни мысли в градационной текучести.
Философия в антропософии градационно течет; она не -- мировоззрение, не конструкция, не система, не синтез, не символизм, не эмблема, не индивидуальное переживание, не творчество, не диалектика, не идеология, не учение о всеобщем.
Философия здесь градационно берется; в абстрактн о-м провоз-зрительной своей стадии она -- описание данностей в рассудочных категориях; в мирон астр оении дуализма она -- классификация мира явлении, как представляемых впечатлении; феноменалистический лейтмотив в ней звучит; в стадии учения о всеобщем философия есть система
конструктивных методов; в синтетической своей стадии она -- слияние идеологий, переживаемое, как градация индивидуальных действий (индивидуализм); в стадии конкретной символики она есть иерархия ритмически протекающих метаморфоз, как творческих, диалектически развиваемых действий в круге (со-действий); в стадии созерцания она -- созерцание идей, где идея есть духовное существо, братски видимое в логическом таинстве; в стадии "теоретической", в "ϑεωρία" собственно, она есть самое стояние в Логосе, как в Идеале и Смысле. Чистый смысл ее -- тут. Определения наши -- намеки: намеки на то, что собственно происходит, когда антропософия отмечает нам: существенность мысли; определения наши -- абстракции; как таковые, должны они быть -- эмблематически взяты; их взяв, как эмблемы, мы скажем: эмблематика смысла -- разрешается в логику, которая есть наука о Логосе, а не наука о правилах употребления понятий; взятая, как последняя, сплющена логика; логика не есть то, что она есть для нас: духовная наука есть логика, взятая, однако, в полном объеме логизма; как таковая, она -- Христология: антропология выводима отсюда; природоведение есть отсюда дедукция; Христология -- антропософия в этой зоне градации.
Из Логоса выводится существо: существо это -- логика; существование -- логический мир; здесь мысль -- интуиция; сгущение мысли -- восстание мира: восстающий мир -- братство существ интуиции; это братство есть таинство; в таинстве излучаются вестники; мысли здесь вестники; вестничество -- первое сгущение мысли; ангелология логики -- тут; и тут -- созерцание; состояние созерцания мысли -- инспиративные мысли; инспиративны -- идеи; онтология логики понимаема созерцательно; абстракция онтологии есть чудовищность; онтология логики -- существа; и каждое струит образы; кипение образов -- уплотнение второе; кипение -- идеация, метаморфоза, диалектика, творчество, ниспадающая иерархия; логика духовной науки, в этой стадии взятая, может условно быть названа: теорией творчества; законы фантазии здесь -- субстанция уплотняемой мысля: во-ображается -- объективация мира из творческой воли; волюнтаризм ярко выражен здесь; далее образы распадаются в серии индивидуальных эмблем; идеация здесь -- индивидуализация, и идея здесь -- индивидуум; индивидуум -- антропоморфен; таков он в переживании опыта; антропоморфное представление мира есть именование опыта: изрекаются имена; индивидуальное имя далее есть абстракция, данное как синтетическое единство; здесь имя становится термином; и мы у преддверия: обыденного, наивного мира мысли; подобие индивидуума становится "моносом"; монос стоит перед нами системою конструктивных метод; методологизм характеризует стадию эту; логика духовной науки в этом месте градации есть теория знания; в стадии дальнейшего ни спада ни я мысли теоретический "монос" рассудком щепится: и уплотняется в психо-физических параллелях; возникают -- мир внешний, мир внутренний; выщепляются: объект и субъект; выщепляются: явление, впечатление; логика духовной науки, здесь взятая, осуществима в учении об объективно нам данном; но объективно данное в методах расщепляется снова: мировоззрительный плюрализм -- в этой стадии; мировоззрение -- техника вне технического объекта, то есть последнее дробление логики: здесь действительность выглядит, как материально обставшая. В антропософии, можно сказать, мы имеем градацию семи этих стадий: --