То есть, вы -- утверждение?
Обвинение попросту голословица, -- не устанавливает ничего, но отсылает к странице: 196-й из GW.
196-я страница кончает главу, в которой излагаются воззрения Гете: на странице же напечатана всего одна фраза, названная рассуждением "по поводу механического представления"; вот -- фраза:--
-- "Гете постольку обращается к механическим представлениям, поскольку это ему заповедано... наблюдением" {GW. 196.}.
Как -- все?
"Где же "рассуждение", из которого явствует акритический механицизм? Механике д-р Штейнер посвящает статью69; из его разбора Оствальда, Кирхгофа, Гельмгольца ничего такого не явствует; из комментария к текстам явствует приведенная характеристика: механицизма критического и механицизма наивного; и в статье, и в комментариях к тексту действительно рассуждения напечатаны; на 196-й странице "GW." рассуждений нет: есть -- короткая фраза. Между тем обвинение строится на утверждении, отсылаемом к фразе, названной "рассуждением" и излагающей Гете (при чем д-р Штейнер?), -- оно козырь главы: "Витализм, эволюционизм, механицизм и метод Гете"; к обвинению стекается первый "S"70 и от него бросается на все дальнейшие пункты инкриминационный рефлектор. Обвинение же заострилось в "итак": "итак"-- выдернутое дреколье; большинство обвинений -- "итаковы" (из Итаки, должно быть, возобновляющей в памяти мною71); утомляет обилие их; просто не знаешь, что делать: отовсюду лезет "и так": шелестение, скрипение неприятнейшим сквознячком набегает читателю в ухо, слагаясь в наветики, архитектонически недурные, при условии, что читатель в понимании "проблем" туговат, в д-ра Штейнера не углублялся, конечно, и поэтому заразим гомерическим хохотом и прочими атрибутами мифологии; перед ним балуется автор; и на приливах лукавого баловства правит челн к мифологеме: к Итаке.
§ 32. Световая метафизика Гете
Характеристика световой теории Гете ее выносит за грани природоведения наших дней; характеристика эта гласит: центр теории Гете идеалистично-конкретен; чахоточная абстракция непонятой философемы Платона и раскаленно-сухая рассудочность Аристотелева единства у подлинных Аристотеля и Платона пересекаемы в конкретности Гетевых идеалистических построений71; в корне единые, Аристотель, Гете, Платон, к разнообразному обращают воззрения; разнообразны их интересы; и оформление интересов разнообразно у них; корень их в конкретности идеалиэмов срастается; у одного положена идея в явление, у другого идея в явлении зрима73; один другому предшествует в его воззрении на краску74; другой склоняется перед третьим; все три -- в одной линии; многообразным разрывам идей -- в явлении и понятии, в материи и основе, в мысли и опыте, в рационализме и материализме -- противопоставлены трое: Гете, Платон, Аристотель.
В световой теории Гете идея (свет) во всеобщем (свечении) сквозит нам в явлении (красочности). В проникновении мы, по д-ру Штейнеру, ищем явление, в котором "мы бесконечное постигаем воистину" {GNS. III Band, 321.}.
Какое же проникновение раскрывает идею в явлении?