- Как же!..
- Нет уж, ежели земля - шар, наподобие, скажем, мяча, так мы в том мячике, скажем, сидим, а черти-то нас перекидывают друг другу; аттаво, как ты баешь, и кружение п л а н и д . "Земля - чертов мяч", - подумал Дарьяльский и опять погрузился в думы. Или еще вот, как начнут они выходить из избы: смотришь - в горнице трое; а вышли на улицу да пошли по деревне: е й - е й , не трое, а ч е т в е р о ; остановится Петр да станет считать: и опять-таки - всего т р о е : ч е т в е р т о г о как и не бывало.
Так ему все эти дни казалось, а столяру он про свое душевное состоянье - ни гугу: говорил с Матреной...
- Матрена, люба моя, а сколька нас всех в избе?
- Как сколька: вот сколька - я, ты да Мироныч.
- А еще кто, четвертый?
А глупая баба возьми да скажи про то столяру, а столяр ничего на это не ответил: себе в ус усмехнулся.
Все то быстро теперь пронеслось пред Петром, когда он издали разглядывал медника; вон, значит, кого он все ждал: вот он кто, этот ч е т в е р т ы й ; только какие же у него могли с этим медником произойти приключения? Да и к тому же вовсе он не похож на ч e т в e р т о г о : весь-то он из себя никакой..- н у л е в о й .
С диким смехом Петр поднял чайник:
- Выпьем, Евсеич!