- Скубенты!
- Ну и что же он? - допытывался урядник.
- Он - гврит: стаим, гврит, за правое дела... А я, гврю: дела, гврю, жидовские, гврю; народ, гврю, портите, окаянные, гврю.
Так наперерыв плевались мужичонки, лезли из кожи вон, чтобы угодить уряднику; пьяный урядник в компании курносых парней бражничал в этот день по случаю праздничного кануна; и с ним дебелая пила потаскуха-бабёха.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Копоть, дым, чад, гвалт, мужики: Петр открыл окно - из окна тянула прохлада; Евсеич, уже совершенно пьяный, спотыкался за соседним столиком:
- Пра приллианты ты, старина, зубы не заговаривай; пра приллианты ты етта оставь; прапали у вас приллианты...
- Вот те хрест, - приллианты нашлись!
- Ври больше!..
- А хочешь к уряднику?