- К селу...
На один только миг встретились ему медниковы глаза, а все же успел он прочесть в тех глазах волненье, будто даже на что-то досаду. Петр пустил лошадь под гору, и когда они были в самой глубине верха, жаркое дыханье лиховского мещанина обожгло ему снова темя:
- Остановите-ка, барин, лошадку...
- А что?
- Да хомут-то развязался, думается мне...
Лошадь стала: конец палки был у Петра в руке, кто же сойдет с тележки?
Но медник не сходил; еле заметно Петр тронул палку; палка не поддавалась: значит, другой конец был у медника в руках. "Вот сейчас он сойдет поправлять хомут, и палку из рук я уж не выпущу больше; сойдем, я увижу, что вся эта нелепица мне мерещится".
Но медник с тележки и не думал сходить.
- Что же хомут?
Наступило неловкое молчанье; Петр повернулся: глаза их встретились.