Дарьяльский решил претерпеть все, чтобы Степа свел его к той, к рябой бабе: голова у него трещала, и сосало под ложечкой; он думал: "Лимончика бы теперь".
- Нде, бубе - козыри! - раздавалось сбоку, и опять фырканье, шепот, промеж себя восклицанья: поделом... Не мути народ! А Степа в уши зажаривал:
По полу катался,
По дивану ерзал,
По печи метался,
По постели ползал...
- Существуют ли козыри сами по себе? - глубокомысленно провздыхал дьячок, сдерживая зевоту; Иван Степанов продолжал щелкать на счетах; в окне жужжал шмель.
В лесу меж древ охотник отдыхает,
А мысль его блуждает вдалеке, -
запузыривал Степа, опоражнивая бутылочку.