-- Не примет!..
-- Умрем, а не будем так жить!..
То же самое глухо, взволнованно чмокал губами извозчик, ко мне повернувши сизеющий нос:
-- Как же, барин!
-- Рабочие, стало быть, правы.
На улицах оживленно сроились немногие, напряженные черные кучки размахивающих руками людей; в нервных жестах стояло:
-- Пойдут!
-- Не пойдут,
-- Уже пошли...
-- Примет!