Поезд несся на север.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
-- И -- да -- вот этот -- вот --
-- в шляпе, естественно напоминающей кепи; и -- мягкий картуз: невысокий, сжимавшийся, втянутый пристально в собственный свой воротник, с бледно-белым, морща в ым, брезгливым до тика лицом, бритый, с черною седоусостью, вот он, зажав саквояж, перетянутой серой перчаткой рукою, такой до нервозности щепетильный, брюзгливый, -- не удостаивал никакого внимания нас; он бродил вокруг нас там, на палубе парохода "Гакона VII"; нас так презирал, как, наверное, не презирал свой плевок; не собирал о нас фактов (они были собраны); он нами брезгал, глазами не встретился с нами; глаза выражали его: нет на свете нас! с Бергена до Хапаранды ни разу не выразил взглядом, что перед носом его я прогуливаюсь -- с отчетливым нетерпением, чтобы он раз хоть заметил меня; я -- за ним наблюдал; было ясно: --
-- он -- сыщик французского Генерального Штаба; в Россию секретные кипы провозит; и, между прочим, ему поручили меня; он сидит в ресторане-вагоне с седейшими сэрами -- злой и нахмуренный, знающий лучше, в чем сила вещей; неохотно цедил очень коротко, очень брезгливо; потом --
-- прикоснувшись перчаткою к шляпе, часами он длил свою думу; --
-- его я видал: на бесчисленных пересадках и станциях, где он не видел меня и где все я старался себя перед ним обнаружить; не выходило; все, бывшие в поезде, знали меня, он -- не знал; узнавать не хотел; неузнание происходило от знания: слишком много он знал, чего я не узнал о себе; да, ему собирали годами досье обо мне: возмутительных, мною не узнанных фактов; он в них погружался, проникшись ко мне отвращением: тронулся в путь он -- за мной из Парижа (с досье); и -- мы встретились на пароходе; мы ехали вместе; ему было ясно -- я гадина; он передаст свои факты полиции: русской полиции, а прикасаться (глазами) ко мне не годится: ведь он уже приготовил свои материалы к Торнео: --
-- с Торнео до Белоострова производились последние розыски русскою контрразведкой; в Торнео впускали, чтобы накрыть в Белоострове: --
-- знали все мы: путешествие к Белоострову от Торнео -- ловушка.
Стиль англосаксонской разведки другой: стиль игры; во главе -- очень тонкие сэры, которым известно, что я неповинен; мое прегрешение -- в мысли о братстве народов (а сэры мечтали в то время о войнах народов); мне кажется: тонкие сэры английской разведки питают ко мне что-то вроде симпатии -- да, но считают, что болен утопией я, поручают меня попутать ради шутки; для этого сэры снабжают мосье из французской разведки досье обо мне, сочиняемое в офисах; и пышущий злобой мосье с саквояжем, как пес, начинает сердито бросаться за мною в Россию, чтобы уведомить русские власти о том, что я... Стоит послушаться сэров мне, -- русские власти и этот мосье будут в нужный момент остановлены. Думал я: --