грудью, ручками, золотеющей веей кудрей, морща лоб, начинала она мне вычерчивать иероглифы из истин: --
-- Проснулся!--
-- Где Нэлли! --
-- Где, где?..
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Я плакал во сне.
Казалось, меня ты забыла...
Проснулся, и --
-- снова Москва: снова в той же зеленой комнатке я; я -- семилетие спал, здесь, на зеленом диване, в квадрате, очерченном мне Арбатом, Пречистенкой, где рассеялись давно чудаки; и -- болтали: года; в их открытые рты залезали бесята; страдали от этого страшными формами нервных болезней, болтая о подвиге и о таинстве опыта; --
-- снова: проснулся, от посещения чудака, мне дымящего в нос: