Ишь, так вот он до чего!

Человек-то стал я хворый,

А не то – уж я б его!»

«Успокойся же, папаша! –

Яну молвила жена. –

Вспомни: завтра участь наша

Будет смертью решена.

Ты и сам, быть может, грешен.

Как меня ты запирал

И замок тут был привешен –