Венец святой, надетый под грозою,
По приговору божьего суда.
Несчастье – терн, обрызнутый слезою
Иль кровию, но грязью – никогда.
Оно идет как буря – в тучах грозных,
С величьем, – тут его и тени нет.
Тут – пошлость зол и бед мелкозанозных,
Вседневных зол и ежечасных бед.
Житейский сор! – Едва лишь пережиты, –
Одни ушли, те сыплют пылью вновь, –