Чу! Гремят рукоплескания;

Упоен народный слух, –

Я один среди собрания

Неподвижен, нем и глух.

Знать, одна лишь благодатная

Для больной души моей

Есть мне музыка понятная, –

Это – музыка речей!

Это, чуждые всесветного

Крика, шума, торжества,