-- Странно,-- сказалъ Филиппъ послѣ короткаго молчанія, переглянувшись съ Тони,-- что это предложеніе не было сдѣлана уже давно, черезъ вашего посланника въ Лондонѣ.
-- Причина очень простая,-- отвѣтилъ капитанъ.-- Въ эта дѣло замѣшано очень много высокопоставленныхъ лицъ, и потому нельзя было его поднимать оффиціально, чтобы не скомпрометировать разныхъ людей. Я могу представить вамъ довѣрительныя письма и сдѣлаю это, получивъ вашъ отвѣтъ. Я попросилъ бы васъ только дать мнѣ отвѣтъ не позже, чѣмъ черезъ два часа. Если отвѣтъ будетъ соотвѣтствовать моимъ ожиданіямъ, то я передамъ вамъ нѣчто интересующее васъ -- ключи отъ ящиковъ, забытые на "Анадырѣ" тѣми, которые перенесли ящики на яхту. Ключи эти у меня. Военное министерство покупаетъ ящики въ Лондонѣ, и, вѣроятно, вамъ не удалось открыть ихъ.
Капитанъ Кирсановъ поднялся и, улыбнувшись, хотѣлъ откланяться, но Филиппъ, которому Тони шепнулъ что-то на ухо, задержалъ офицера. Онъ сказалъ, что они сразу могутъ отвѣтить утвердительно, и имъ не нужно двухъ часовъ, чтобы рѣшить, что они не воры.
Когда Кирсановъ удалился, то оба друга сразу рѣшили, что это послѣднее приключеніе -- самое оригинальное изъ всего, что они пережили.
XXXV.
Движеніе по Кингсуэ сильно увеличилось. Лондонцы научились пользоваться этой вновь прорѣзанной улицей, какъ это замѣтили Филиппъ и Мэри въ ясный, солнечный день, когда, по странной случайности, встрѣчающейся, впрочемъ, и въ жизни самыхъ серьезныхъ людей, онъ вдругъ встрѣтилъ ее на улицѣ. Они вернулись въ Англію, приблизительно, за мѣсяцъ до того.
Главная новость, которая встрѣтила ихъ при возвращеніи,-- это то, что трупы Вальтера Поликсфена и негра Коко были найдены плававшими на поверхности Гранъ-Этана, но на далекомъ разстояніи одинъ отъ другого. У Поликсфена засѣла пуля въ затылкѣ, и онъ умеръ не оттого, что потонулъ. На тѣлѣ Коко не было внѣшнихъ поврежденій, и, по мнѣнію врачей, онъ утонулъ. Высказывалось предположеніе, что Коко, открывъ тайну Поликсфену, застрѣлилъ его потомъ сзади. По величайшей ироніи судьбы, Поликсфенъ, обманывавшій цѣлые полъ-вѣка самыхъ умныхъ людей на двухъ материкахъ, сдѣлался въ концѣ концовъ жертвой наивнаго Коко, въ головѣ котораго не могло сразу умѣститься болѣе одной мысли. Открытіе труповъ возобновило интересъ Лондона къ почти забытому преступленію. Орасъ снова сдѣлался героемъ среди школьныхъ товарищей; мать Ораса была огорчена, а Мэри и сэръ Антони опять подверглись множеству непріятностей. Полиція, которой теперь ничего не оставалось дѣлать въ дѣлѣ открытія преступленія, проявила необыкновенную энергію. Трехъ друзей снова опрашивали, за ними наблюдали, шпіонили, выводя ихъ изъ себя, пока наконецъ департаментъ полиціи не нашелъ болѣе интересныхъ занятій, и дѣло о Поликсфенѣ не отошло въ древнюю исторію.
Осязательными послѣдствіями дѣла были семьдесятъ-пять тысячъ фунтовъ, выплаченныхъ сэру Антони и Филиппу представителемъ русскаго правительства въ присутствіи французскаго губернатора въ Мартиникѣ. Друзья много спорили объ этихъ деньгахъ и въ концѣ-концовъ рѣшили подѣлить ихъ по-ровну между двумя друзьями.
Въ одинъ іюльскій день Филиппъ и Мэри шли, и вдругъ услышали, какъ маленькіе газетчики выкрикивали послѣднее изданіе "Evening Record" и размахивали плакатомъ съ надписью: "Дневникъ Вальтера Поликсфена". Филиппъ купилъ нумеръ, и такъ какъ они очутились какъ разъ передъ чайной, гдѣ было почти пусто, и только прохаживались молодыя продавщицы въ кокетливыхъ кисейныхъ чепчикахъ, то они вошли, сѣли въ углу у мраморнаго столика и Филиппъ раскрылъ газету.
"Evening Record" потратила много денегъ въ Вестъ-Индіи, наняла спеціальнаго корреспондента и въ результатѣ добыла дневникъ, найденный въ карманахъ пальто Вальтера Поликсфена. Корреспондентъ телеграфировалъ отдѣльные отрывки дневника, и въ этотъ день напечатана была первая часть. Филиппъ погрузился въ чтеніе, потомъ нетерпѣливымъ жестомъ отбросилъ газету и пододвинулъ ее къ Мэри.-- Прочтите сами, миссъ Поликсфенъ,-- сказалъ онъ, подавая ей листовъ, и она прочла: