-- А гдѣ теперь старуха?-- спросилъ сильно заинтересованный Филиппъ.
-- Ушла на яхту со своимъ узломъ. Можетъ быть, уже и отплыла.
-- А яхта далеко отсюда?-- быстро спросилъ Филиппъ.
-- Нѣтъ, не далеко.
-- Если вы сейчасъ же сведете меня туда,-- сказалъ Филиппъ, опуская руку въ карманъ,-- то вотъ вамъ за это пять шиллинговъ.
Угрюмый человѣкъ согласился; они вышли и направились по пересѣкающимся рельсамъ мимо вагона съ красными фонарями. Потомъ пошли навѣсы, склады; они прошли затѣмъ черезъ длинный проходъ, освѣщенный тусклой лампой.
-- Взгляните,-- сказалъ, наконецъ, спутникъ Филиппа.
Филиппъ увидѣлъ мелькающіе огни. Онъ стоялъ на пристани.
Передъ нимъ была широкая Темза, запруженная судами. У берега стояли два парохода, и изъ одного изъ нихъ поднимался густой дымъ съ невообразимымъ шумомъ и трескомъ. Люди на пароходѣ и стоящіе на берегу громко перекликались. Проводникъ Филиппа пошелъ дальше, ко второму пароходу. Филиппъ прочелъ на грязной сѣрой обшивкѣ парохода слова: "Бѣлая Роза". Изъ трубы поднималась тонкая струя дыма. Филиппъ прошелъ туда вслѣдъ за своимъ провожатымъ и, очутившись на палубѣ таинственнаго парохода, остановился на минуту, чтобы поглядѣть на величественное зрѣлище воды, мелькающихъ безчисленныхъ огней на судахъ всевозможныхъ формъ. Филиппъ вдыхалъ смолистый запахъ канатовъ, запахъ далекаго моря, который носился въ воздухѣ. Ему было даже странно, что онъ въ Лондонѣ, въ томъ же Лондонѣ, гдѣ находится Пикадилли, и Альказаръ, и Гайдъ-Паркъ.
-- Вотъ, спуститесь сюда,-- сказалъ его спутникъ, указывая на лѣстницу, ведущую внизъ, и пропуская Филиппа впереди себя.