Пока онъ лежа призывалъ себѣ на помощь пророка, Яни заперъ ворота и бросилъ ключъ въ кусты.
Оба юноши съ торжествомъ посмотрѣли другъ на друга и громко разсмѣялись. Дѣйствительно сцена вышла комичная. Но терять время было невозможно.
-- Пойдемъ, Яни,-- воскликнулъ Митсосъ: -- намъ оставаться тутъ нельзя. Пойдемъ сначала по дорогѣ и ускоримъ шагъ. Мы успѣемъ наговориться потомъ.
Два часа они быстро шли, даже частью бѣжали, хотя дѣйствительно Яни отъ мѣсячнаго заключенія очень обрюзгъ. Наконецъ они достигли на краю небольшей долины, въ горахъ, отдѣляющихъ Триполи отъ Мегалополиса, небольшей гостиницы, содержимой другомъ отца Митсоса. Въ ея окнахъ свѣтился огонь, и друзья постучались въ дверь.
Хозяинъ, котораго звали Анастасіемъ, радостно встрѣтилъ Митсоса, который разсказалъ ему объ ихъ бѣгствѣ и просилъ сказать туркамъ, если они явятся изъ Триполи, что бѣглецы пошли по дорогѣ въ Мегалополисъ.
-- Мы идемъ не туда,-- прибавилъ Яни:-- указавъ имъ ложную дорогу, мы выиграемъ время.
Это показалось очень забавно Анастасію, и онъ весело засмѣялся. Но понимая, что нельзя было терять ни минуты, онъ быстро поставилъ на столъ мясо и хлѣбъ.
Подкрѣпивъ свои силы на скорую руку, друзья бѣгомъ пустились по крутой тропинкѣ, которая вела къ Тайгету. Всю ночь они не останавливались ни на минуту и къ восходу солнца очутились у подножія Тайгета.
Хотя имъ оставалось еще идти цѣлый день до мѣста свиданія, но Яни объявилъ, что онъ не въ состояніи болѣе сдѣлать ни шага. Глаза его слипались отъ сна, и ноги подкашивались. Митсосъ долженъ былъ примириться съ необходимостью и объявилъ, что они пролежатъ въ кустахъ цѣлый день и только ночью будутъ продолжать свой путь.
-- И прекрасно,-- отвѣчалъ Яни:-- дай мнѣ прежде поспать, и потомъ мы наговоримся всласть.