Два дня Митсосъ былъ занятъ дальнѣйшимъ процессомъ винодѣлія, но на третій вечеромъ Константинъ отправился въ Навплію, а юноша бросился въ лодку и полетѣлъ къ бѣлой стѣнѣ, которая во все это время не выходила у него изъ головы. Къ его неописанному блаженству онъ издали увидѣлъ на террасѣ ее. Онъ былъ убѣжденъ, что -- это именно та очаровательная пѣвица, голосъ которой все еще плѣнительно раздавался въ его ушахъ.
Яри видѣ этого юноши, сидѣвшаго на кормѣ лодки, она также поняла, что онъ пѣлъ второй куплетъ пѣсни винодѣловъ среди окружавшей его ночной темноты. Глаза ихъ встрѣтились и образовали въ прозрачномъ, насыщенномъ солнечными лучами воздухѣ золотой мостъ для соединенія ихъ сердецъ.
Однако, когда лодка подошла къ самой стѣнѣ, то она опустила голову, оторвала нѣсколько розъ, вившихся по стѣнѣ и стала медленно отрывать ихъ лепестки и тихо, въ полголоса пѣть первый куплетъ пѣсни винодѣла. Потомъ она перешла ко второму, но на третьей строфѣ остановилась, какъ бы забывъ слова, и Митсосъ, не спуская съ нея главъ, спѣлъ конецъ. Не поднимая головы, она повторила за нимъ пропущенныя ею строфы, а затѣмъ снова спѣла весь второй куплетъ.
Солнце уже сѣло, но вершины горъ еще алѣли на востокѣ. Но Митсосъ видѣлъ только молодую дѣвушку въ бѣломъ платьѣ, съ золотымъ кушакомъ, бѣлую руку, державшую розы и лице, закрытое фатой до самыхъ глазъ.
-- Есть еще третій куплетъ,-- произнесъ онъ.
Она подняла голову, и ея черные глаза весело улыбались.
-- Ты научишь меня третьему куплету въ другой разъ,-- произнесла она.-- Вотъ тебѣ награда за урокъ. А теперь удались, идутъ.
Она бросила собранныя розы въ лодку и отошла отъ стѣны.
По близости послышались голоса, и Митсосъ налегъ на весла.
Сердце его было полно блаженства. Онъ впервые позналъ, что такое любовь.