– Убита горем, – продолжил репортер. – Никого не хочет видеть…
– Я бы не стала писать этого, мистер Фиггс, – произнесла спокойным голосом неслышно вошедшая мисс Морган. – Я видела миссис Мандерсон, – продолжала она, повернувшись к сэру Джеймсу. – Она выглядит вполне здоровой и разумной. Мне кажется, что удар ее не задел. По-моему, она делает все возможное, чтобы помочь полиции.
– Тогда что-нибудь в вашем стиле, мисс Морган, – сказал сэр Джеймс с улыбкой. – Зачеркните ваши добавки, Фиггс, и поторопитесь… Ну, мисс, надеюсь, вы знаете, чего я хочу.
– У нас есть вполне подходящая биография Мандерсона, – ответила мисс Морган, опустив глаза с темными ресницами. – Я просматривала ее несколько месяцев назад. Она фактически готова для завтрашней газеты. Что же касается «Сан», то, мне думается, ей лучше использовать зарисовку о жизни Мандерсона, которую они давали около двух лет назад, когда он ездил в Берлин улаживать затруднения с едким калием. Помнится, это была вполне приличная зарисовка. Вообще досье на Мандерсона у нас обильное, но большинство из газетных вырезок – вздор. Редакторы могут получить их, как только придут. Есть у нас и два очень хороших портрета. Они – наша собственность, лучший – это тот, что нарисован мистером Трентом, они как-то плыли на одном корабле. Он лучше любой фотографии, но вы всегда говорите, что читатель предпочитает плохую фотографию хорошему рисунку. Я сейчас же их пришлю, и вы сможете выбрать. Мне кажется, у «Рекорда» есть все возможности выдать добротную сенсацию. И возможности эти удвоятся, если вы сумеете своевременно послать кого-нибудь на место события.
Сэр Джеймс глубоко вздохнул.
– Ну, чего мы стоим? – спросил он удрученно Сильвера, вернувшегося к своему столу. – Она даже Брадшоу знает наизусть. Мисс Морган терпеливо привела в порядок свои манжеты.
– Я еще могу быть чем-нибудь полезной? – спросила она, и тут зазвонил телефон.
– Да, – ответил ей сэр Джеймс, снимая трубку. – Я хочу, чтобы вы как-нибудь совершили ошибку, сделали несусветную глупость, мисс Морган, так просто, ради нас!
Она позволила себе улыбнуться, прежде чем покинула кабинет.
– Антони? – спросил сэр Джеймс и весь ушел в разговор с редактором, находящимся на противоположной стороне улицы, где размещалась редакция газеты «Сан». Сэр Джеймс редко заходил туда, ему не очень импонировала атмосфера вечерней газеты. Мистер Антони, этот Марат Флит-стрит, любивший всякого рода полуночные «завертушки», сказал бы то же самое о газете утренней.