Наконец я нашел в себе силу заговорить.
-- Дэни?
Г-жа Хью махнула рукою.
-- Слава небесам, они не захватили его, он бродит где-нибудь по дорогам в глубине страны. Ведь нечего было и думать том, чтобы он вернулся к себе в полк во Фландрии; на его счет я более или менее спокойна, потому что, сами понимаете, после того, что произошло, вся Ирландия на их стороне. Где бы он ни был, его спрячут, о нем позаботятся. Ему же удалось за неделю два раза дать мне о себе знать. Не о нем думаю я, сударь, -- я думаю об умерших.
-- Об умерших, госпожа Хью?
-- Да, о моем муже, они убили его.
-- Господин Хью убит!
-- Да, ведь вы видели его! Такого человека, который за всю свою жизнь не сделал никому никакого зла... И господина Уальша они тоже убили.
Она стояла передо мной, без слез, сложив на новом черном фартуке бескровные руки.
-- Это случилось в субботу, вскоре после того, как ушли ваши друзья.