-- В чем дело, Виньерт? Вам словно не по себе. Какое-нибудь неприятное известие?
Но он уже пришел в себя и, пожимая плечами, ответил:
-- Друг мой! Неприятное известие? От кого, скажите на милость? Ведь я один-одинешенек на свете. Вы хорошо это знаете.
-- Так или иначе, но вы весь вечер нервничаете. Мне хотелось бы, чтобы вы остались у меня в окопе. Ваш пост командира вы можете установить, где угодно.
-- Да, вы правы, -- прервал он меня, -- я в самом деле немного нервничаю... Который час?
-- Семь.
-- Знаете что, сыграем в карты.
Это предложение было так неожиданно с его стороны, что два солдата, устроившиеся в окопе вместе со мною, в изумлении подняли головы: Виньерт ли это? Никто в роте никогда не видел в руках у Виньерта карт.
-- Послушайте, Дамстоа и Энрике, нет ли у кого-нибудь из вас карт?
Чтобы у них да не было карт!