-- Отлично. Я расскажу вам кое-что, что вам, без сомнения, неизвестно. О вас начинают говорить. Сегодня о вас спорили в салоне одного портного.
-- Почему интересуются мной, мной, кому безразличны другие? В чем дело?
-- Итак, в кругу женщин, неважно, кто они, болтала о вас эта маленькая сплетница Нина Лазули. Она рассказала, что ваша связь с дю Ганжем основана, если можно так выразиться, на известной цели. В доказательство она приводила те огромные затраты, в которые вы ввели его в последнее время. Когда она достаточно развила эту тему, приехала Королева Апреля. Королева Апреля -- ваш друг, и Нина Лазули переменила разговор.
-- Я поблагодарю Королеву Апреля, -- сказала Агарь.
-- Ни в коем случае. Я должен быть уверенным, что наш разговор останется между нами. Только эта уверенность, дитя мое, дает мне смелость сказать вам, что, хотя Королева Апреля -- ваш друг, но права Нина Лазули.
-- Довольно говорить загадками. К делу!
-- Согласен. Я не стану расспрашивать о вашей интимной жизни с дю Ганжем, так как, зная вас обоих, я могу с уверенностью сделать некоторые заключения. Я буду говорить лишь о самом важном. Ходят слухи, что дю Ганж сумеет вести такой образ жизни, как сейчас, еще месяца два. Ему придется обратиться за помощью к отцу. Папаша Мейер не преминет воспользоваться случаем, чтобы сунуть нос в дела своего сына. А отсюда недалеко до классической сцены между вами и этим почтенным негоциантом. Посему, дитя мое, постарайтесь предупредить этого решительного господина.
-- Это Поль Эльзеар поручил вам дать мне эти наставления?
-- Измените тон, дитя мое. Эльзеар любит вас. Он ничего не говорил мне об этой истории, так как ничего не знает. Он ничего не сказал бы, даже если бы и знал. Он любит вас. Но вы? Любите ли вы его?
-- Прежде чем я вам отвечу, скажите, какая связь между Полем Эльзеаром и вашим другом месье Гильорэ?