-- Туда, где был Леопольд Грюнберг, где нахожусь я, где наши братья.
-- Ну уж выдумали, -- засмеялась она, вставая. -- Пойду к этим господам. Я условилась с ними. Идите лучше домой. Доброй ночи.
Он тоже встал. В руке у него была коричневая фетровая шляпа. Агарь видела, что его колени стучат друг о друга.
-- Я вернусь, -- сказал он.
-- Как хотите.
Когда около трех часов утра, к самому закрытию кафе, Агарь осталась одна с Дивизио, он заметил ей с чуть беспокойной улыбкой:
-- Что же, была у вас беседа с Кохбасом? Удалось ему обратить вас в свою веру?
-- О! Вот еще! -- засмеялась она и сделала непристойный жест, как бы желая подчеркнуть невероятность такого предположения.
Спустя несколько дней Агарь в час аперитива болтала с несколькими знатными посетителями кафе. Среди них были ливанский адвокат Туфик, зажиточный каиффский купец Луззано и директор местного эмигрантского агентства какой-то пароходной компании Монтана.
-- "Канада" на широте Крита выдержала сильную бурю, -- сказал Монтана, говоря о пришедшем после полудня пароходе, принадлежавшем его компании.