Воцарилось тяжелое молчание. Генриетта не нарушила его, чтобы спросить, при каких обстоятельствах Агарь познакомилась с ними.
-- Мы успеем об этом поговорить, ибо вместе проведем остаток нашей жизни.
Остаток жизни! Агарь задрожала, услышав эти с такой простотой произнесенные слова.
Генриетта, должно быть, заметила ее волнение, ибо с улыбкой, прекраснее которой Агарь не видела, нежно добавила:
-- И я чувствую, что мы будем друзьями.
Мужчины, кроме оставшегося с женщинами Кохбаса, ушли спать.
-- И вам пора на покой, -- сказала Генриетта.
Они пересекли двор. У порога помещавшегося направо строения Кохбас пожелал им доброй ночи.
-- До завтра, -- протянул он руку Агари.
Она и представить не могла, что рука мужчины может так дрожать.