-- Господин хранитель, -- сказал, входя, бригадир, -- получена забавная телеграмма. Представьте себе, по дороге я встретил...
-- После, Монадельши... Дайте скорее телеграмму.
Я прочел и ничего не понял. Телеграмма была Апсаре.
-- Так, -- произнесла молодая девушка, прочитавшая телеграмму через мое плечо. -- Судно будет через неделю в указанном мною месте, в полночь, в "Coin de Mire", так! Больше нельзя терять ни одной минуты.
-- Да, ни минуты. Итак, бригадир, вы говорите...
-- Я говорю, господин хранитель, что я только что встретил какого-то господина в сером костюме, он выглядел крайне расстроенным. Чуть не попал под мой автомобиль. Правда, я ехал довольно быстро, зная, что вы ждете телеграмму. Кто это мог быть?
-- Человек, который был со мною крайне дерзок, Монадельши.
И я рассказал бригадиру сцену, которая только что произошла.
Он выслушал с напряженным вниманием.
-- Господин хранитель, -- сказал он, почесывая за ухом, -- перед вами человек, в котором борются два чувства. Одно толкает меня догнать этого нахала и посадить в тюрьму. Другое, в ваших личных интересах и в особенности в интересах ее королевского высочества, советует быть осторожным. Вы сказали, что нельзя больше терять ни минуты. Необходимо, чтобы принцесса уехала самое позднее завтра вечером. А с другой стороны, наш первоначальный план никуда не годится, господин хранитель.