-- Вот сюда! -- сказал Рафаэль.
Показалась гигантская решетка. На ее позолоченных воротах, между двумя шарами, наполненными молочным светом, я прочел: Villa Тevada. Мой милый Рафаэль! Так вот где он жил! Но к чему злоупотреблять знаками восклицания, тем более что я уже не чувствовал себя удивленным. Мы катили по мягкой аллее, между темными кустами, цветы которых напоминали о себе только своими ароматами. Я увидел вдруг на освещенном подъезде две статуи. Они пришли в движение, когда мы с ними поравнялись. Одна из них, наклонившись, завладела со скромной настойчивостью моим непромокаемым пальто.
-- Что нового, Констан? -- спросил Рафаэль у другой статуи, когда та освобождала моего друга от его шляпы и трости.
-- Ничего особенного, месье. Мадам и мадемуазель, как месье уже изволит знать, покинули виллу в пять часов.
-- В лимузине?
-- Нет, месье. Мадам пожелала открытый автомобиль.
-- Стоило только сказать раньше. Я оставил бы им Бен-Джонсона.
-- Мадам сказала, что она предпочитает Кулидж.
-- Ну, это ее дело. Иди сюда, Гаспар, я покажу тебе твои комнаты. Ну, что ты там еще бормочешь?
-- Ничего. О! Ничего...