-- Ты, право, чудак. Все-таки надо бы и ее спросить. Она производит впечатление хитрой девочки, которую не так-то легко провести... И, наконец, -- встает вопрос о мезальянсе. Принц Энао...
И я опять горько усмехнулся.
-- Да не думай ты обо всех этих историях, -- сказал Рафаэль, смеясь. -- Говорю тебе, я ручаюсь за ее согласие.
-- Значит, ты имеешь на нее такое влияние? -- сказал я, отнесясь недоверчиво к такой уверенности и вспомнив некоторые подробности из его рассказа.
-- Да, действительно, я имею на нее влияние, а моя жена еще большее. Разве я не говорил тебе, какой она друг для нас? Когда вы поженитесь, будете проводить все свободное время у нас на вилле.
-- Прости меня, -- сказал я с жаром. -- Я веду себя непростительно. Ты заботишься о моем счастье, а я благодарю тебя подобными подозрениями.
Рафаэль был взволнован не меньше меня.
-- Дружище Гаспар, ну, обними меня! Знаешь, нам ведь еще предстоит немало хороших дней впереди!
О, как горячо мы обняли друг друга! Готов поспорить со всяким, кто осмелится утверждать, что дружба -- пустое слово.
-- Завтра же, -- сказал Рафаэль, первый освобождаясь из объятий, -- я составлю письмо к министру о твоей отставке, мне это не впервые.