-- Ну, -- сказал я себе, -- было бы недурно осмотреть поосновательнее один из этих храмов. Тогда можно будет, пожалуй, вывести заключение от частного к общему. Вот этот, кажется, наиболее характерный.
Я ступил в самую середину груды камней -- то лиловых, то цвета бронзы. Кустарник цеплялся за мою одежду. Я испуганно отскакивал от ящериц и змей, ползающих в блестящей от жары траве.
Со всех сторон, с высоты пятидесяти, восьмидесяти, ста футов на меня смотрели гигантские физиономии, высеченные на боковых частях башен, они давили меня бесконечной тяжестью своего мертвого взгляда.
-- А! -- пробормотал я, -- поистине, здесь не очень-то весело!
И я понял, как сильно я ошибся, не начав с изучения плана памятника. Комнатная археология иногда хорошая вещь! Мне захотелось как можно скорее вырваться из этого проклятого гнезда. И это мне удалось.
Дойдя до северо-восточного угла храма, я увидел на расстоянии приблизительно пятисот метров автомобиль миссис Вебб. Он стоял около Террасы Слонов. Я очутился там в один миг, но никого не нашел. По всей вероятности, миссис Максенс была где-то поблизости.
Взобравшись по большой лестнице, я нашел ее в самом конце северной башни, которой заканчивалась терраса.
Я тихонько подкрался. Она фотографировала какую-то статую внизу, под деревьями.
-- Ах, это вы? -- сказала она, вздрогнув. -- Как мило с вашей стороны, что вы за мной приехали.
-- Я немножко на вас сердит -- почему вы не велели меня разбудить? Что это за статуя, которую вы снимали со всех сторон?