-- Что вы на меня так смотрите?
-- Просто так, ничего! Не находите ли вы, что на свете немало мерзавцев?
С этими словами он протянул мне номер "Сирии". Я прочел столбец, отчеркнутый его ногтем:
"ОПАСНЫЙ СУБЪЕКТ. Тартус, 4 мая. Властями арестован вчера Беггранский мудир Салид Али Кхелф по заявлению Хаммуда Дакхеля, таможенного чиновника в Руаде. Салид Кхелф обвиняется в изнасиловании Айше, супруги Хаммуда Дакхеля. Преступник заключен в Тартусскую тюрьму. Полиция с трудом спасла его от ярости толпы, намеревавшейся покончить с ним самосудом".
Я вернул Гобсону его газету.
-- Вы правы. Отъявленный мерзавец!
-- Очень приятно, -- заметил он, -- что еще встречаются мужья, заботящиеся о своей чести.
Мы посмотрели друг другу в лицо и одновременно улыбнулись.
-- Молодец Хаммуд Дакхель! -- сказал Гобсон. -- Французское правительство, я в этом уверен, примет в соображение проявленное им доверие. Правительство всегда должно вознаграждать оказываемое ему доверие.
-- Всегда! -- подтвердил я. -- Именно поэтому, надеюсь, другое известное мне правительство никогда не оставит в нужде семью бедного Салида Али Кхелфа.