-- Вы мне упомянули о ней случайно, г-н полковник, -- в связи с леди Эстер Стэнхоп, леди Блэнт, мисс Белль.
-- Быть может, это сопоставление и было случайным. А может быть, это и не так уж глупо -- думать, что она сродни этому трио симпатичных англичанок.
-- Она тоже англичанка?
-- По происхождению. Но происхождения она, как вы увидите, довольно неясного.
-- Она занимается политикой?
-- Как сказать? По-своему. Как ей вздумается. Еще вчера, например, она всецело была с друзами. Это могло казаться нам подозрительным: ведь друзы испокон веков были излюбленной игрушкой англичан. Но, с другой стороны, можно допустить, что в этом народе, красивом, смелом и как нельзя более таинственном -- достаточно черт, способных привлечь молодую романтическую женщину. Однако, по наведенным мною справкам, я не мог бы утверждать, что это была склонность исключительно сентиментального или, вернее, эстетического порядка. Вы знаете главного предводителя друзов, эмира Фарэса? Нельзя, конечно, отрицать, что он парень красивый, но...
-- Графиня Орлова была любовницей эмира Фарэса?
-- Вот именно.
-- И теперь тоже?
-- Э, милый мой, вы от меня требуете слишком многого. Это женщина исключительно независимая. Никто не может утверждать, что такой-то и такой-то не будет завтра ее любовником или, напротив, не будет ею отставлен... Вас это волнует?