Можно себе представить, каково было мое положение, тем более что обе женщины, над которыми я одержал победу, уже начинали обмениваться язвительными репликами.
-- Мадам...
-- Мадам...
-- Совершенно верно, мадам... Я умоляюще сложил руки.
-- Лили, Мандан, прошу вас... Они обе повернулись ко мне.
-- Кто вам позволил называть меня по имени!
-- Эго верх дерзости!
-- Больше чем дерзости -- непристойности!
Они постепенно возвышали голос. Они уже кричали. А все-таки, клянусь, обе были очень красивы.
Баязет, совсем проснувшийся, смотрел, изумленный, со своего места на эту сцену и тихонько посмеивался.