-- Хотя я -- соціалъ-демократъ и убѣжденный врагъ террора...-- говоритъ поблѣднѣвшій студентъ, дрожа всѣмъ тѣломъ, точно въ лихорадкѣ...
"Нѣтъ, нельзя сообщать сразу изстрадавшимся людямъ, что умеръ или воскресъ человѣкъ, судьба котораго близко задѣваетъ",-- думаю я...
Третій свистокъ. Мы прощаемся. Пароходъ отчаливаетъ, а они снова стоятъ на берегу сплоченной группой со счастливыи, радостными лицами и машутъ шляпами... И, вмѣсто "ура", они кричать "извѣстную русскую поговорку"!..
-- Будете ѣхать обратно, не забудьте насъ!..
-- Ну, при слѣдующихъ встрѣчахъ съ политическими, я не стану говорить имъ сразу о Плеве,-- думаю я,-- вѣдь, этакъ и до Якутска не доберешься...
-----
-- Знаете,-- говоритъ мнѣ пассажиръ-почтовый чиновникъ,-- самые политическіе среди политическихъ ссыльныхъ -- это кавказцы! Ихъ всѣ администраторы боятся.-- А они, ей богу, никого!.. Представьте себѣ губернаторъ передъ ними пятится, какъ ракъ! Былъ въ Якутскѣ одинъ грузинъ К а мерики или Х о мерики, не помню. Пошелъ онъ къ губернатору просить оставить его въ городѣ, работать на водочномъ заводѣ. Тогда нужда большая была въ опытныхъ мастеровыхъ, некому было строить, а изъ Петербурга шли телеграммы, чтобы выросъ винный складъ, какъ грибъ послѣ дождя! Губернаторъ и обрадовался Камерику, разрѣшилъ ему временно остаться и при этомъ случайно спросилъ -- "почему такъ много пришло Камерики въ Якутскую область, кажется шесть человѣкъ?"
-- Камерики,-- отвѣчалъ грузинъ,-- хорошій народъ, любитъ борба, не любить -- буржуа!
-- Я тоже не люблю буржуа,-- едва сказалъ только губернаторъ и немедля растерянно ушелъ изъ кабинета.
Камерики потомъ разсказывалъ, что онъ сдѣлалъ губернатору "горячіе глаза" -- а тотъ сразу-же замолчалъ и попятился прочь!...