III.
"Аттестатъ!"
Крутелевъ -- старикъ лѣтъ шестидесяти. Онъ и не сѣдой, но лицо у него желто-сѣрое, совершенно выцвѣтшее, глаза помутнѣлые; съ дѣтства онъ работалъ на фабрикахъ, на Варваринской же бумагопрядильнѣ ткачемъ -- болѣе тридцати лѣтъ. Теперь за старостью и негодностью къ работѣ его уволили. Онъ обошелъ всѣ фабрики, разныя конторы, просясь въ сторожа. Говорятъ: "принеси аттестатъ". Старикъ и спрашиваетъ меня,-- нельзя-ли сочинить какое-нибудь прошеніе объ аттестатѣ?
Я написалъ Крутелеву прошеніе къ управляющему Варваринской бумагопрядильной мануфактуры; но старикъ вернулся ни съ чѣмъ.
Размышляя, какъ поступить теперь, я вспомнилъ, что гдѣ-то читалъ объ одномъ циркулярѣ фабричнаго присутствія, предписывающемъ фабрикамъ и заводамъ выдавать рабочимъ, по ихъ просьбѣ, удостовѣреніе о томъ, сколько времени они служили {Этотъ вопросъ разрѣшенъ циркуляромъ м-ва финансовъ, по соглашенію съ м-вомъ внутр. дѣлъ, присутствіямъ по фабричнымъ дѣламъ и чинамъ фабр. инспекціи отъ 16 іюля 1898 г. (за No 19601) (см. сборникъ узак. и распор. по дѣламъ, касающимся фабр. инспекцій, изд. м-ва финансовъ, 1899 г., выпускъ II). Въ циркулярѣ сообщается, что "одно изъ присутствій по фабричнымъ дѣламъ возбудило ходатайство о разрѣшеніи установить такой порядокъ, въ силу котораго фабричнымъ рабочимъ при увольненіи ихъ обязательно должны выдаваться, одновременно съ паспортомъ и разсчетомъ, свидѣтельства о томъ, съ какого времени и по какое рабочій служилъ, какія отправлялъ обязанности, но безъ всякихъ отзывовъ о его качествахъ, какъ нравственныхъ, такъ и профессіональныхъ", и что министръ финансовъ къ удовлетворенію этого ходатайства не усмотрѣлъ основаній, по двумъ соображеніямъ: такія свидѣтельства не предусмотрѣны закономъ и "свѣдѣнія о времени предшествовашей службы рабочаго могутъ быть почерпнуты изъ его разсчетной книжки, которая обязательно выдается рабочему". Послѣднее соображеніе фактически ошибочно: разсчетная книжка обыкновннно служитъ лишь въ теченіе года, а старыя на заводахъ и фабрикахъ почти нигдѣ не хранятся, почему и не могутъ свидѣтельствовать о времени службы.}. Поэтому я написалъ прошеніе къ фабричному инспектору, прося потребовать отъ фабрики для Крутелева такое удостовѣреніе.
Снова было отказано и данъ совѣтъ обратиться къ мировому судьѣ. Написалъ и ему, прося вызвать фабричнаго инспектора, въ качествѣ свѣдущаго лица.
Мировой судья назначилъ дѣло къ слушанію. Въ этотъ день я не могъ выйти утромъ на разборъ, но вечеромъ во мнѣ зашелъ радостный Крутелевъ:-- Дѣло прикончили миромъ. Фабрика пообѣщала дать аттестатъ. Велѣно придти за нимъ черезъ три дня...
Я успокоился. Прошло недѣли двѣ.
Приходитъ во мнѣ Крутелевъ, разстроенный, взволнованный.
-- Куда ни пойду,-- говоритъ,-- посмотрятъ мой аттестатъ -- смѣются, вонъ гонятъ. Я -- неграмотный, посмотрите.