- Плохо то плохо, но, все же, головы не следует терять, - возражал Гослинг. - С одной стороны, уж, наверное, дело обстоит не так безнадежно, как говорят; с другой, политика «запертой двери» грозит разорением и гибелью сотням тысяч человек - с этим надо считаться.
- Лучше пусть погибнет несколько тысяч, чем все.
- Ну, до этого не дойдет, дружище. Этого не чего бояться. Надо только, чтобы санитарный департамент не сидел, сложа руки. Необходимо установить самый строгий карантин - вот что надо делать.
Действительно, это казалось самой практической и единственной мерой, которую можно было принять в предупреждение заразы. Приверженцы «политики запертой двери» быстро убывали. Этот план действий был слишком непрактичен.
* * *
В течение февраля и первой половины марта новая чума распространялась по Средней Европе, но не с ужасающей быстротой.
В десятых числах марта в Берлине насчитывалось более 500 человек, умерших от этой болезни, в Вене - около 450, в Петербурге и Москве не больше того; во Франции, пока, было сравнительно мало заболеваний, а в Испании и Португалии не было вовсе.
Многие авторитеты сходились в убеждении, что смертность от чумы достигла максимума и теперь пойдет на убыль. Больше того: очевидно, первые сведения о заразительности новой болезни были сильно преувеличены, так как до сих пор на Британских Островах не было ни одного случая заболевания, несмотря на обширную торговлю Англии с континентом. Правда, всюду установлены были строжайшие двухсуточные карантины для приезжающих - выяснилось, что инкубационный период продолжается около пятидесяти часов - но, пока, еще ни один из прибывших из-за границы не был задержан и отправлен в госпиталь. Из этого выводили заключение, что новая чума не так у›к заразительна, локализируется в определенных центрах и не легко переносится из одного места в другое.
Тревожило только одно - страшная смертность среди врачей и бактериологов, пытавшихся распознать и изучить зародыши новой болезни. Девять английских бактериологов, дерзнувших на мученичество ради науки, поехали в Берлин на чуму - и ни один не вернулся. Вследствие такой особой восприимчивости бактериологов и врачей к заразе, относительно общего характера, свойств заразы и ее действия большая публика оставалась еще в полном неведении.
К половине марта сложилось убеждение, что строгость карантинных правил наносит большой ущерб торговле и должна быть ослаблена. Иностранные правительства, ведь, тоже сознают серьезность грозящей им опасности и делают все возможное для локализирования эпидемии. Вначале страна была напугана - это естественно - но теперь успокоилась и видит, до какой степени опасность была преувеличена.