Встрѣча съ Хаджъ-Джаберомъ въ Катрунѣ и затѣмъ съ Хаджъ-Брахимомъ была самая радостная и сердечная. Остальные мирные обитатели также устремились толпой поздравлять вернувшихся смѣльчаковъ и приносили имъ обильныя угощенія. Путешественники, которые при своемъ возвращеніи были похожи на потерпѣвшихъ крушеніе моряковъ или на бѣглецовъ, едва спасшихся изъ потеряннаго сраженія, имѣли теперь всего вволю. Всѣ съ изумленіемъ выслушивали повѣсть объ ихъ злоключеніяхъ и говорили Нахтигалю:
"Омрекъ тавилъ! (будешь долго жить). Если ты ушелъ цѣлымъ изъ рукъ Тубу-Решаде, можешь спокойно странствовать всюду!"
Была, однако, и тѣнь, омрачившая радостное настроеніе отдыхавшаго отъ трудовъ путешественника. Это было подтвердившееся извѣстіе о печальной гибели голландской путешественницы Александрины Тинне у туареговъ. Нахтигаль постарался лично выяснить всѣ печальныя подробности этого происшествія. Вотъ что онъ узналъ:
6 іюня Тинне покинула Мурзукъ и направилась въ Вади Гарби, гдѣ встрѣтилась съ извѣстнымъ всей сѣверной Африкѣ старшиной туареговъ, старымъ Ихнухеномъ. Онъ согласился принять ее въ своей странѣ, но такъ какъ самъ долженъ былъ спѣшить, то обѣщалъ прислать ей вѣрныхъ людей для сопутствованія. Тинне вернулась въ Мурзукъ и стала готовиться къ дорогѣ. Здѣсь къ ней явилось 8 туареговъ, въ числѣ которыхъ былъ даже племянникъ Ихнухена по имени Хаджъ-эшъ-Шейхъ. Путешественница богато одарила ихъ и наняла 27 верблюдовъ съ погонщиками. У ней, стало быть, было очень много вещей. Туареги выступили вмѣстѣ съ ней, но все время шли особо. Скоро караванъ покинулъ населенныя мѣста и остановился 1 августа въ уединенной долинѣ Аберджуджъ.
Утромъ стали вьючить верблюдовъ. Туареги съ завѣшенными лицами, стояли вблизи, опершись на свои копья, неподвижные, точно статуи, и ожидали, когда все будетъ готово. Все было спокойно, какъ вдругъ раздались громкіе крики ожесточеннаго спора. Это нѣсколько погонщиковъ верблюдовъ жаловались на большіе вьюки ихъ верблюдовъ. Голландскіе слуги путешественницы, въ томъ числѣ нѣкій Кеесъ Остмансъ, подошли къ спорившимъ съ цѣлью унять ихъ. Спорившіе арабы пришли въ еще большую ярость и принялись ругать европейцевъ. Тогда къ спорившимъ подскочилъ племянникъ Ихнухена и ни съ того ни съ сего проткнулъ копьемъ несчастнаго Остманса.
-- Зачѣмъ ты вмѣшиваешься въ споры мусульманъ?-- крикнулъ негодяй, но слова его остались бесъ отвѣта, потому что пораженный лежалъ мертвый на землѣ. Трудно описать послѣдовавшую затѣмъ сцену смятенія. Среди криковъ мятущейся толпы раздавались вопли и стоны женщинъ. Другой слуга европеецъ кинулся къ своему верблюду съ цѣлью достать ружье, но не успѣлъ онъ сдѣлать этого, какъ второй ударъ копьемъ, за которымъ послѣдовалъ ударъ мечемъ, простерли его неподвижнымъ на песокъ. Все это произошло въ одно мгновеніе. Тинне появилась изъ палатки, привлеченная адскимъ шумомъ и воплями, и не успѣла опомниться, какъ очутилась въ серединѣ свалки, среди предателей арабовъ и кровожадныхъ туареговъ. Крутомъ разстилалась молчаливая пустыня, откуда нечего было ждать какой-либо помощи, а возлѣ разнузданные звѣри въ образѣ людей, которые не постѣснялись поднять руки на беззащитную женщину. Одинъ арабъ изъ племени Бу-Сефъ нанесъ ей первый ударъ мечемъ, угодившій по плечу. Несчастная устояла на ногахъ, но второй ударъ, нанесенный однимъ изъ людей Ихнухена, повергъ ее неподвижной на землю. Злополучная жертва вѣроломныхъ дикарей долго лежала на пескѣ, ожидая смерти. Къ счастью, потеря крови, текшей изъ глубокой раны, лишила ее сознанія. Убійцы немедленно успокоили возмущенныхъ ихъ дѣяніемъ спутниковъ Тинне, не участвовавшихъ въ предательствѣ, и приступили къ грабежу. Увы! Жадность ихъ, раззадоренная разсказами о баснословномъ богатствѣ "царской дочери", потерпѣла жестокое разочарованіе. Разметавъ и вскрывъ всѣ вьюки, грабители нашли всего небольшую сумму денегъ и разныя вещи, нужныя въ пути, но имѣвшія мало цѣны.
Подѣливъ жалкую добычу, они поспѣшно разбѣжались и потихоньку вернулись въ свои кочевья, бросивъ среди пустыни безъ погребенія трупы коварно убитыхъ и обобранныхъ ими людей. Слѣдуетъ добавить, что совершившіе это преступленіе негодяи остались безнаказанными, потому что съумѣли задарить пашу, который, вѣроятно, тайно радовался всему происшествію, такъ какъ смерть г-жи Тинне избавила этого чиновника отъ обязанности уплатить ей сдѣланный имъ у нея довольно большой долгъ.
