Такимъ образомъ, война затягивалась и лишала Нахтигаля возможности проникнуть въ Вадаи. Также неудачно окончились его хлопоты получить разрѣшеніе для путешествія къ озеру Цадъ. Не зная, что предпринять, Нахтигаль колебался, какъ однажды увидалъ на улицахъ Куки цѣлое племя разбойничьихъ арабовъ, прибывшихъ сюда для продажи захваченныхъ ими верблюдовъ и корзинъ съ финиками. Они принадлежали къ племени Ауладъ-Солиманъ, которое кочевало когда то въ Триполи, а затѣмъ удалилось черезъ Сахару въ Суданъ. Турецкій посланникъ Бу-Аиша принадлежалъ къ тому же племени, и черезъ него то Нахтигаль сошелся съ нѣкіимъ Хацацомъ изъ племени Ауладъ-Солимановъ. Нахтигаль много бесѣдовалъ съ нимъ о разныхъ видѣнныхъ разбойникомъ странахъ и узналъ, что его соплеменники собираются теперь въ страну Борку, которую они грабятъ, какъ свою собственность. Борку лежитъ къ юго-востоку отъ Тибести, гдѣ Нахтигаль недавно чуть не погибъ среди тубу. Но это не остановило его отъ намѣренія присосѣдиться къ кочующимъ разбойникамъ и посѣтить вмѣстѣ съ ними Борку. Нахтигаль надѣялся изслѣдовать на этомъ пути окрестности озера Далъ и собрать свѣдѣнія о западномъ притокѣ Нила, Бахръ-Газалѣ, который долженъ начинаться гдѣ то къ востоку отъ озера. Тогда онъ сталъ узнавать, что такіе за люди Ауладъ-Солиманы и можно ли имъ довѣриться. Для этого, а также съ цѣлью испросить разрѣшеніе на путешествіе, онъ посѣтилъ султана Шейхъ-Омара, который успокоилъ его насчетъ спутниковъ.
-- Правда, это разбойники и грабители, они причиняли мнѣ не мало хлопотъ,-- говорилъ султанъ,-- но въ общемъ можно надѣяться, что они не обидятъ тебя. Хацаца я тоже знаю. Онъ не богъ вѣсть что, но ему ты можешь довѣриться больше, чѣмъ кому либо изъ Ауладъ-Солимановъ. Поѣзжай съ Богомъ! Я разрѣшаю!
Но на какія средства ѣхать? Деньги почти вышли у нашего путешественника, изъ Европы же онъ не получалъ ничего. Много ходилъ онъ по купцамъ и другимъ богатымъ людямъ, пока Титиви, наконецъ, не согласился дать ему взаймы 200 талеровъ съ тѣмъ, чтобы Нахтигаль выдалъ ему росписку на 500 талеровъ, по которой онъ могъ получить уплату въ Триполи. Узнавъ про затрудненіе путешественника, султанъ Шейхъ-Омаръ прислалъ ему въ подарокъ 100 талеровъ {Талеры Маріи-Терезіи ходили въ Европѣ въ прошломъ столѣтіи. Населеніе Африки еще тогда привыкло къ нимъ, и потому эту монету чеканятъ еще теперь нарочно для африканскихъ купцовъ. Такой талеръ равняется, примѣрно, 1 р. 20 к.}. Съ этой ничтожной суммой (около 360 р.) надо было какъ нибудь обернуться. Оставивъ часть денегъ на пропитаніе слугъ и содержаніе дома, Нахтигаль закупилъ необходимые товары и припасы. На его счастье султанъ сверхъ 100 талеровъ прислалъ ему на прощанье трехъ верблюдовъ и палатку.
Въ торжественной аудіенціи онъ поручилъ путешественника заботамъ Хацаца, строго сказавъ ему:
-- Ты отвѣчаешь мнѣ за его голову!
20 марта племя, вѣрнѣе колѣно Мхарба изъ племени Ауладъ-Солиманъ, покидало Куку. Арабы обмѣняли верблюдовъ и финики на туземныя рубахи, которыя служатъ въ степи монетой, и собирались въ новый походъ. Скромный караванъ путешественника вышелъ изъ воротъ Куки, гдѣ Нахтигаля поджидалъ Хацацъ.
Вотъ звучатъ послѣднія слова прощанія, и провожавшій Нахтигаля Бу-Аиша поворачиваетъ назадъ. Впереди неизвѣстный путь, позади остается городъ, обходительныхъ жителей котораго Нахтигаль уже успѣлъ полюбить.
